Consciente de la différence fondamentale existant entre, d &apos; une part, le racisme et la discrimination raciale érigés en politique gouvernementale ou découlant de doctrines officielles de supériorité ou d &apos; exclusivité raciales et, d &apos; autre part, d &apos; autres formes de racisme, de discrimination raciale, de xénophobie et d &apos; intolérance associée à celles-ci, qui se manifestent dans de nombreux pays, à l &apos; intérieur de certains milieux, qui sont le fait de particuliers ou de groupes, et dont certaines sont dirigées contre les travailleurs migrants et les membres de leur famille, ainsi que des nouvelles tendances visant à établir des politiques fondées sur des considérations de supériorité ou d &apos; exclusivité raciale, religieuse, ethnique, culturelle et nationale,
сознавая основополагающее различие между, с одной стороны, расизмом и расовой дискриминацией, возведенными в ранг правительственной политики или вытекающими из официальных доктрин расового превосходства или исключительности, и, с другой стороны, другими проявлениями расизма, расовой дискриминации, ксенофобии и связанной с этим нетерпимости, отмечающимися в определенных слоях многих обществ и выражающимися в действиях отдельных лиц или групп, в том числе в действиях, направленных против трудящихся-мигрантов и членов их семей, а также новые тенденции по установлению политики, основанной на расовом, религиозном, этническом, культурном и национальном превосходстве или исключительности,