Enfin, elle réaffirme qu &apos; aucun État ne peut être soumis à une coercition économique et politique ou autre parce qu &apos; il exerce son droit de nationaliser, l &apos; exercice de ce droit constituant une décision souveraine.
И наконец, в нем вновь подтверждается, что никакое государство не может подвергаться экономическому, политическому или какому-либо иному принуждению за осуществление своего права на национализацию, которое является его суверенным правом.