Il a ajouté que pendant les deux premiers jours d &apos; interrogatoire on l &apos; avait privé de nourriture et que chaque fois qu &apos; il disait qu &apos; il avait faim on lui répondait qu &apos; il n &apos; aurait rien à manger tant qu &apos; il n &apos; aurait pas avoué.
Он утверждал, что в течение первых двух дней допроса ему не давали никакой пищи и на все его заявления о том, что он хочет есть, отвечали всегда одно и то же: ему не дадут есть, пока он не сознается в совершении преступлений, в которых его обвиняют.