En relación al alegato de admisibilidad ratione temporis, afirma que todavía se encontraba bajo los efectos de la tortura infligida cuando entró en vigor el Pacto, debido a que la confesión hecha por él a raíz de la tortura se tomó en cuenta y se hizo referencia expresa a ella en las resoluciones del Tribunal de Apelación (1996) y del Tribunal Supremo (1998) que dieron lugar a su condena.
Что касается аргумента по приемлемости ratione temporis, то он заявляет, что применявшиеся к нему пытки имеют последствия, продолжающиеся после вступления в силу Пакта, поскольку полученное с помощью пыток признание автора было принято во внимание и на него делаются прямые ссылки в решениях Апелляционного суда (1996) и Верховного суда (1998), в результате чего автор был осужден.