El Tribunal basó su decisión en que el artículo 15 únicamente excluía como prueba en un juicio las declaraciones respecto de las cuales se había determinado que habían sido obtenidas bajo tortura, pero que en el caso que les ocupaba era imposible para el Tribunal determinar si realmente las declaraciones se habían obtenido bajo tortura.
Суд основывал свое решение на том соображении, что статья 15 исключает в качестве доказательств лишь те заявления, которые, как установлено, были получены под пыткой, однако в настоящем случае Суд не имеет возможности установить, действительно ли были получены под пыткой эти показания.