Il ne s’agissait pas uniquement d’assassiner les « ennemis ». Mao voulait instiller l’obéissance en s’assurant que le plus grand nombre possible de personnes assistait à la terreur.
Уничтожение «врагов» не было единственной целью Мао хотел привить послушание, заставив как можно большее количество людей быть свидетелями террора.