Si je fais preuve d’optimisme, c’est parce que je sais que les peuples du Moyen-Orient nourrissent en leur for intérieur un sentiment d’espoir ainsi qu’un désir de stabilité et de prospérité, d’une force et d’une solidité bien supérieure aux idées destructrices et opportunistes.
Я оптимистичен, потому что я знаю, что народ на Ближнем Востоке обладает силой надежды и желанием стабильности и процветания, что сильнее и прочнее оппортунистических и разрушительных идей. Нет власти сильнее, чем надежда на лучшую жизнь.