De ce point de vue, les oligarques et leurs pions politiques qui clament que leur droit sur les propriétés volées est sacré font la même réclamation crue que le régime que nous avons renversé : à savoir qu'ils ont le droit indéfectible d'exercer le pouvoir.
В этом отношении олигархи и их политические ставленники, утверждающие, что их права на украденную собственность являются священными, демонстрируют те же грубые притязания, что и свергнутый нами режим: что у них есть неотъемлемое право на использование власти.