Après deux jours d’un silence lourd de sens de la part d’Ahmadinejad, Khameini s’est senti obligé de rejeter publiquement les allégations américaines.
После двух дней наполненного смыслом молчания Ахмадинежада Хаменеи понял, что его вынуждают публично отвергнуть американские обвинения.