Tout comme la Joconde au Louvre, l’appel aux droits universels de la Révolution française ne peut s’admirer que de l’autre côté d’une vitre pare-balles, et trop précieux pour être exporté.
Как Мона Лиза в Лувре, труба французской революции призывает к всеобщим правам только под защитой бронированного стекла, что, конечно, является слишком большой ценностью, чтобы ее экспортировать.