Mais en août 1998, avec la dévaluation du rouble, les théories de Keynes ont été testées grandeur nature : la production a augmenté rapidement, ce qui montrait que trop d'austérité avait entraîné des souffrances inutiles et un ralentissement de l'activité.
В августе 1998 года в связи с девальвацией рубля нам представилась возможность проверить альтернативную, кейнсианскую гипотезу: начался довольно быстрый рост производительности, демонстрируя тем самым, что слишком жесткая экономическая политика приводит к простою трудовых и материальных ресурсов, а также дополнительным трудностям, которых вполне можно избежать.