La dissuasion nucléaire et la « destruction mutuelle assurée » ne seraient des stratégies du passé que si nous pouvions être sûrs que nous – peuples, pays et l’humanité en général – soyons devenus tellement humains et parfaits que nous n’aurions plus besoin de la dissuasion.
Ядерное сдерживание и «гарантированное взаимное уничтожение» могут остаться в прошлом, если мы предположим, что, мы ‑ люди, народы, страны и все человечество ‑ стали настолько идеальными и гуманными, что нет больше необходимости в самосдерживании.