Le savant occidental garde sa légitimité même s’il critique vertement les valeurs occidentales, alors qu’aucun Nietzsche chinois ou musulman n’affirmerait à notre connaissance que son propre dieu est mort.
Западный ученый сохраняет свою легитимность, даже отрекшись от западных ценностей. Так, например, не существует китайского или мусульманского Ницше, утверждавшего, что его собственный Бог мертв.