Un instituteur britannique a bien exprimé le sentiment en 1910 : «&nbsp;Nous suspectons l'homme qui parle de patriotisme et d'impérialisme, tout comme nous suspectons celui qui parle de religion ou de choses qui ont la plus haute valeur dans la vie.
Один британский учитель хорошо выразил чувства в 1910 году: «Мы подозреваем человека, который говорит о патриотизме и империализме, как мы подозреваем тех, кто говорит о религии или любой другой вещи, которая имеет очень большое значение в жизни.