Le communisme, alors toujours associé à l’héroïsme de la lutte contre le fascisme, a d’ores et déjà suscité un large intérêt intellectuel et émotionnel, non seulement dans ce qu’on appelle le tiers-monde, mais également en Europe de l’Ouest.
Коммунизм, по-прежнему завернутый в лавровый лист анти-фашизма, бросал широкие интеллектуальные и эмоциональные призывы, не только в так называемом Третьем Мире, но и в Западной Европе.