Lorsque le président d’un pays se lance dans des discours délirants, qu’il nie l’Holocauste, et qu’il ne cache pas son ambition de contrôler le Moyen-Orient, qui peut garantir que la menace n’est pas réelle ?
Когда президент страны произносит сумасшедшие речи, отрицает Холокост и не скрывает своего стремления руководить на Ближнем Востоке, кто может гарантировать, что угроза не является серьезной?