En d’autres termes, on a beau flatter Israël, au moment critique c’est la possibilité de faire montre de puissance qui détermine si un État extérieur a son mot à dire ou non dans le conflit israélo-arabe.
Другими словами, вне зависимости от того, какие уговоры применяются в отношении Израиля, в критические моменты именно способность применять силу, а не обаяние, решает, может ли та или иная внешняя сила играть роль в процессе арабо-израильского мирного урегулирования.