Jusqu’à ce qu’enfin, en 1995, à l’occasion du cinquantième anniversaire de la défaite japonaise, le Premier ministre Tomiichi Murayama réponde à sa manière en évoquant un «&#160;profond remord&#160;» et «&#160;de sincères excuses.&#160;» &#160;
В конце концов, в 1995 году, на 50 годовщину поражения Японии, премьер-министр Томиити Мураяма выразил на родном языке свое «глубокое раскаяние» и «искренние извинения».