Soixante-dix ans après l’achèvement de la Seconde Guerre mondiale, un quart de siècle après la fin de la guerre froide, et quelques deux décennies après le conflit des Balkans, voici tout à coup que l’avenir politique, économique et stratégique de l’Europe apparaît plus incertain que quiconque l’aurait prédit il y a à peine un an.
Прошло 70 лет после Второй мировой войны, четверть века после окончания Холодной войны, примерно два десятка лет после Балканских войн, и вдруг мы оказались в ситуации, когда политическое, экономическое и стратегическое будущее Европы стало внезапно выглядеть намного менее определенным, чем прогнозировалось всеми ещё буквально год назад.