Quel crédit peut avoir la responsabilité de protéger lorsque nous savons que, aussi mauvaises que soient les choses au Tibet, à Xinjiang, ou dans le nord Caucase, une action militaire contre la Chine ou la Russie sera toujours inenvisageable ?
Каким доверием может пользоваться «обязанность защищать», если нам точно известно, что какие бы серьезные события не происходили на Тибете, в Синьдзяне или на Северном Кавказе, военные действия против Китая или России полностью недопустимы?