Les réfugiés étaient ouzbeks et Karimov avait de bonnes raisons de craindre l’éruption d’une crise plus importante à l’intérieur même de son pays, où résident de nombreux Tadjikes, Kirghizes et des millions d’Ouzbeks bien sûr dont les relations auraient pu s’envenimer suite à la persécution de leurs frères de sang au Kirghizstan.
Беженцы были узбеками, и Каримов имел все основания опасаться возможности гораздо большего кризиса в Узбекистане, который также является домом для многих таджиков, киргизов и, конечно, миллионов узбеков, которые могли быть возбуждены преследованиями их этнических родственников в Кыргызстане.