La dernière question consiste à savoir si l’Europe et le Japon retrouveront leur « esprit animal. » Eu égard au malaise actuel de l’Europe et à l’impact défavorable de la politique d’ « Abenomics » au Japon, il est difficile de penser que ces économies, qui ont pourtant alimenté la croissance de la production mondiale pendant des décennies, retrouveront leur stature du passé.
И последний вопрос заключается в том, восстановят ли Европа и Япония свое «жизнелюбие». Учитывая текущее недомогание Европы и снижающееся воздействие так называемой «Абеномики» в Японии, сложно поверить, что их экономики, которые на протяжении нескольких десятилетий подпитывали глобальный рост производства, вернут себе прежние высоты.