Ils y sont favorables parce qu’ils pensent qu’elle parviendra à affaiblir Moqtada al-Sadr, le chef insurgé chiite incontrôlable dont le pouvoir s’est énormément accru au cours des trois dernières années – au point qu’il exerce aujourd’hui sa domination sur une grande partie de Bagdad et qu’il peut compter sur l’allégeance de milliers de jeunes chiites en colère.
Они за нее, потому что они считают, что она обезвредит Моктада аль-Садра, радикального духовного шиитского лидера, чья власть разрослась за последние три года до такой степени, что он теперь властвует над большей частью Багдада и ему предано бессчетное количество недовольных молодых шиитский мужчин.