À un certain niveau, il a senti que le potentiel de la Russie ne pourrait être libéré que si le gouvernement soit affrontait, soit achetait, les intérêts particuliers – militaires, industriels et agricoles – qui se mettaient sur son chemin.
На определённом этапе он почувствовал, что потенциал России можно высвободить, только если правительство окажет силовое давление или откупится от отдельных влиятельных сил в военной, промышленной и сельскохозяйственной отраслях, которые тормозили весь процесс.