and Recep Tayyip Erdoğan, Turkey’s prime minister, can place his trust in the near automatic mechanisms that characterize the EU’s institutional machinery.
Но большая часть споров о возможном вступлении Турции была сосредоточена не на тех проблемах: стоит ли Турция в культурном отношении “в одном ряду” с Европой или является ли Европа в некотором смысле "христианской" и сможет ли она принять 100 миллионов мусульман.