Ceux qui osaient suggérer que le scénario dont nous sommes aujourd’hui témoins était plausible étaient taxés de lâcheté pro-Saddam, d’anti-américanisme, ou des deux.
Любой, кто осмелился бы предположить, что происходящее сегодня могло стать вероятным сценарием, подвергся бы критике, как являющийся про-Саддамски настроенным миротворцем, противником США, или сразу и тем и другим вместе.