Le discours prononcé rappelle l’univers enfiévré et paranoïaque des Démons de Fiodor Dostoïevski, tant il évoque un univers alternatif délirant – un univers qui n’existe pas, et qui n’a jamais existé.
Его речь была похожа на возвышенный, параноидный мир описываемый в книге «Бесы» Федора Достоевского, вызывая, как и в книге, бессмысленную альтернативную вселенную - место, которое не существует и никогда не существовало.