Khomeini avait une telle confiance en lui-même et son autorité était si ancrée qu’il ne craignait pas de faire des concessions si elles servaient le régime.
Хомейни был настолько уверен в себе, и его авторитет был так хорошо консолидирован, что он не боялся идти на уступки, если считал это необходимым для благополучия режима.