Pourtant cette inquiétude et cette compassion sont un peu trop auto-satisfaites, car elles permettent à l'Europe de passer outre les vrais problèmes auxquels la confronte sa propre solidarité sociale tant vantée.
Но эта озабоченность и чувствительность представляют собой не вполне заслуженное самоуспокоение, поскольку они позволяют европейцам уйти от рассмотрения имеющихся у них проблем – совершенно реальных, несмотря на их хваленую социальную солидарность.