Après tout, dire que des risques de pertes ne pourront se présenter sur des emprunts d’État qu’après la mise en place du nouveau mécanisme de gestion de crise en 2014 implique que toutes les obligations émises jusqu’alors sont sûres et que l’insolvabilité d’un État ne pourra être envisagée que dans un avenir lointain et pas aujourd’hui, contrairement à l’exemple de la Grèce et de l’Irlande. De fait, les responsables européens disent aux investisseurs, « Qui croyez-vous – nous ou vos propres yeux ? ».
В конце концов, утверждение, что риск потерь появится только для долгов, выпущенных послетого, как в 2014 году начнет действовать новый механизм разрешения кризиса, подразумевает, что все долги, выпущенные до того времени,не связаны с риском, и что неплатежеспособность может наступить только в каком-то отдаленном будущем, а не сейчас, как в Греции или Ирландии.По существу, власти ЕС говорят инвесторам: “Вы кому верите – нам или своим собственным глазам?”