A la fin de la première guerre mondiale, il se rendit à la conférence de paix de Paris en tenue bédouine pour donner un caractère dramatique à la cause arabe.
Когда он приехал в Париж на Мирную Конференцию в конце Первой Мировой Войны, на нем были бедуинские одежды, благодаря чему он надеялся драматизировать арабский вопрос.