Mais il se distingue d’eux tous par le trait suivant : il comprenait qu’empire et démocratie étaient incompatibles, et il était donc prêt à abandonner l’Union soviétique afin de construire un ordre démocratique national.
Но здесь он отличается от остальных: он понимал, что империя несовместима с демократией и поэтому был готов расстаться с Советским Союзом, чтобы построить демократический порядок в своей стране.