Le Boris Yeltsine post-communiste, cependant, bien qu’il ait parfois fait allégeance au vague sentiment collectif de Rossiyane (citoyens de Russie) a privé –ou libéré, selon le point de vue- les Russes de toute vie collective, qu’il s’agisse de la vie réelle de partage des épreuves ou de la demi-vie imaginaire de la solidarité communiste.
И хотя тот самый пост - коммунист Борис Ельцин заявил о приверженности смутному коллективному понятию Россияне (граждане России), на самом деле он лишил - или освободил, дело личного мнения - Россию от коллективной жизни, как реальной жизни с разделением трудностей, так и воображаемой полу - реальности коммунистической солидарности.