Il a tenté de l’humaniser et de lui ôter la cruauté de l’orthodoxie stalinienne ; mais il ne douta jamais que le système léniniste puisse être l’avenir.
Он попытался гуманизировать коммунизм и избавиться от жестокости сталинистской ортодоксальности, но никогда не сомневался в том, что учение Ленина есть путь светлого будущего.