Il s’agit du désir implicite d’une forme de suicide spectaculaire, pour une raison tout aussi spectaculairement prosaïque : la perte, vécue par des milliers de femmes russes de sa génération, du fondement existentiel de sa vie.
В этом желании скрыто стремление к эффектному самоубийству по очень прозаической причине - это чувство утраты, которое испытали тысячи русских женщин ее поколения, утраты основных жизненных принципов.