Finalement, alors que la gauche européenne est peut-être en train de s'exclamer fièrement dans le sillage de Katrina : “Quelle chance que notre solidarité sociale !” on peut douter fortement du sens de ce “notre.”
Наконец, хотя левые Европы хвастливо провозглашают после «Катрины»: «Хвала Богу, что у нас есть наша социальная солидарность», – существуют значительные сомнения даже относительно того, что на самом деле означает «наша».