Des 40 000 survivants, seuls 500 peut-être sont encore en vie ; j'en ai recherché et interviewé 40 – des gens ordinaires laissés en chemin ou qui sont arrivés au bout, tous avec des histoires hautement instructives.
Из сорока тысяч оставшихся в живых участников марша около 500 человек живы до сих пор. Я разыскал 40 из них – простых людей, либо отставших тогда от основной группы, либо сумевших дойти до конца, но в любом случае имеющих немало поучительных историй.