Plus exactement : il n’y a plus de bonne solution depuis ce samedi noir de la fin août 2013 où l’opposition modérée avait encore une existence, où l’Etat Islamique n’était pas encore sorti des limbes et où Barack Obama, en une stupéfiante volte-face renonça, in extremis, à stopper la machine de guerre de Damas qui venait de franchir la ligne rouge, qu’il avait lui-même fixée, de l’utilisation des armes chimiques.
Правильного решения не существовало с черной среды августа 2013 года, когда военная машина Президента Сирии Башара аль-Асада, используя химическое оружие, пересекла “красную линию”, пересечение которой могло бы повлечь за собой Американский военный ответ, о чем предупреждал президент США Барак Обама. Умеренная оппозиция все еще стояла на месте, а Исламское Государство еще не вышло из тени.