Et l’armée est déjà devenue le champ de cadres nationalistes et religieux, même sans conscription des ultra-orthodoxes – l’une des exigences du camp centriste visant à une plus juste répartition de la charge nationale.
И армия уже стала местом сосредоточения националистических и религиозных кадров, даже без призыва на службу ультраортодоксов ‑ одно из требований центристского лагеря, которые добивались справедливого разделения национального бремени.