Après avoir écouté pendant 20 ans des gens assez malchanceux pour avoir été étiquetés “schizophrènes”, ce qui est considéré comme la forme la plus extrême de maladie mentale, et après avoir cherché les causes des hallucinations et des délires pendant dix ans, je conclus que le public comprend la folie bien mieux que nous autres experts.
На протяжении 20 лет прислушиваясь к людям, которым очень не повезло в том, что на них повесили ярлык &quot;шизофреник&quot;, что считается самой крайней формой “психического заболевания”, и впоследствии в течение 10 лет занимаясь исследованиями причин галлюцинаций и заблуждений, я считаю, что общественность понимает безумие лучше, чем мы эксперты.