Massu, un gaulliste convaincu, aurait dû prévoir, quelle que soit l’étendue de son mécontentement, ce qu’il en coûte de déballer des vérités qui fâchent.
Массю, убежденный приверженец де Голля, должен был лучше владеть ситуацией, чтобы такие истины публично говорились дома, вне зависимости от его собственного разочарования.