Comme la plupart des Russes, il voulait les avantages matériels du capitalisme, mais respectait peu et comprenait mal l’état de droit et la dispersion des pouvoirs, qui permettent aux institutions capitalistes de fonctionner.
Как и многие россияне, он хотел пользоваться материальными преимуществами капитализма, но мало уважал и понимал нормы права и принцип разделения властей, которые позволяют капиталистическим институтам работать.