Vaclav Havel avait été libéré de prison quelques jours auparavant seulement, mais il semblait habité par une certitude qui, rétrospectivement, apparaît quasi prophétique.
Только за несколько дней до этого Вацлава Гавела освободили из тюрьмы, однако он был полон того, что сейчас кажется пророческой уверенностью.