Peu de temps après la victoire de l’Occident à l’issue de la guerre froide, la montée du fondamentalisme islamique et le retour du tribalisme national, même au cœur de l’Europe «&nbsp;post-historique&nbsp;», ont mis à mal le concept de «&nbsp;fin de l’histoire&nbsp;».
Вскоре после победы Запада в холодной войне подъем исламского фундаментализма и возвращение национального трайбализма, даже в самом центре «пост-исторической» Европы, бросили вызов концепции конца истории.