Peut-elle se permettre une crise de l’euro qui serait fatale, un marché commun menacé par un protectionnisme croissant, ou que la Russie fasse pression chez ses voisins est-européens de l’Union ?
Может ли она позволить наступить угрожающему жизни кризису евро, или подвергнуть опасности общий рынок вследствие растущего протекционизма, или допустить давление России на ближайших восточных соседей ЕС?