Et Lemkin savait qu’après la famine vint la terreur : les paysans qui ont survécu à la famine et au Goulag étaient les prochaines victimes de Staline.
Лемкин знал, что террор последовал за голодом: крестьяне, которые пережили голод и Гулаг, стали следующими жертвами Сталина.