Il s’est brûlé les ailes en Iraq et à Guantánamo, et semble déjà appartenir au passé ; ses gardes du corps se soucient de rapprocher le public vers les premiers rangs, de peur que l’absence d’intérêt dans ce qu’il fait et dit ne devienne trop évidente.
С крыльями, опаленными в Ираке и Гуантанамо, Буш уже кажется вчерашним днем; его помощники предусмотрительно направляют публику к передним рядам на общественных мероприятиях, дабы отсутствие интереса к тому, что он делает и говорит не было слишком очевидным.