De plus, il est difficile d’imaginer que si les propositions de Wilson avaient constitué l’assise de la paix, et donné le ton pour toutes les négociations futures, l’histoire de l’Europe au vingtième siècle aurait été bien pire qu’elle ne l’a été.
Более того, трудно представить, что если бы предложения Вильсона сформировали основу для мира и задали тон будущим переговорам, история Европы в двадцатом веке была бы хуже, чем она была на самом деле.