Bien que je sentisse que moi, exilé au pays des exilés, j'appartenais toujours plus à un monde auquel personne ne peut vraiment prétendre appartenir, le 11septembre 2001, je pus finalement proclamer : “je suis un New-yorkais” tout comme le Président Kennedy s'était auto-proclamé Berlinois à l'époque où l'ancienne capitale nationale-socialiste était menacée de devenir une capitale communiste.
Хотя я чувствовал, что я, изгнанник в стране изгнанников, принадлежал в большей степени миру, к которому на самом деле никто по-настоящему не принадлежит, 11 сентября 2001 года я, наконец, смог заявить: “Я – житель Нью-Йорка», – точно так же, как президент Кеннеди объявил себя берлинцем, когда этот город, прежде столица национал-социализма, рисковал стать коммунистической столицей.