Tout comme Léviathan dépeint une Russie aux prises avec un cauchemar politique, American Sniper brosse le tableau d’un pays pris au piège de sa mythologie héroïque – telle que narrée par d’innombrables westerns – de farouche individualisme chez soi et de défense de l’ordre et de la liberté à l’étranger.
Если «Левиафан» показывает Россию в агонии политического ужаса, то «Американский снайпер» демонстрирует страну, попавшую в ловушку собственной героической мифологии, отточенной в бесчисленных вестернах: грубый индивидуализм на родине и защита свободы и порядка за рубежом.