Finalement, Poutine dispose de ce que l’histoire lui a laissé : non pas d’idées, mais seulement d’une faction aspirant à consolider son emprise sur le pouvoir.
В конечном счете, у Путина есть то, что ему оставила история: не идеи, а просто фракция, которая страстно стремится укрепить свои рычаги власти.