À la fin de sa vie, Chevardnadze était devenu un paria politique en Géorgie, en Occident et en Russie, où il était considéré comme un architecte de la dissolution de l'Union soviétique.
К концу своей жизни, Шеварднадзе стал политическим изгоем в Грузии, на Западе и в России, где его рассматривали в качестве архитектора распада Советского Союза.