Nous nous sommes souvent rencontrés à des conférences. C’était un plaisir de l’entendre parler russe, un russe qui avait l’accent de l’élégance d’un Tolstoï ou d’un Poushkin, et non cet espèce d’aboiement éructé par Vladimir Putin.
Мы часто встречались на конференциях, и всегда я приходила в восхищение, слушая, как он говорит по-русски – то был русский, у которого были произношение и элегантность Толстого и Пушкина, не деградировавшая в лай русская речь Владимира Путина.