Comment les Européens peuvent-ils se réjouir de la disparition du rideau de fer, si des individus et des groupes dans toute l'Union se barricadent derrière leurs propres murs ?
Как могут европейцы радоваться падению Железного Занавеса, если отдельные люди и целые группы людей в Союзе ограждаются собственными железными занавесами?