La véritable question est de savoir si la gouvernance israélienne est capable d’utiliser de nouveaux outils non militaires pour endiguer la haine anti-israélienne ayant envahi la région dans le sillage du Printemps arabe.
Реальный вопрос заключается в том, может ли израильское руководство использовать новые, невоенные средства для противостояния анти-израильской ярости, которая набрала силу в регионе в результате Арабской весны.