Dans le monde utopique de la Russie postrévolutionnaire, Anatoli Lunacharski attendait avec impatience que les relations mutuelles des maris, des femmes, des pères et des enfants soient plus relâchées afin qu'il devienne impossible de dire qui est apparenté à qui et à quel degré.
В бравом новом мире пост-революционной России Анатолий Луначарский предвосхищал наступление свободы от родственных связей между мужьями, женами, отцами, детьми до такой степени, что вы не сможете сказать, кто чьим родственником является и насколько близким родственником.