Pour Israël, récupérer Shalit était une manière de confirmer le principe d’unité en temps de guerre et de tenir la promesse faite par l’armée à ses conscrits (et à leurs familles) qu’aucun soldat, mort ou vivant, ne serait jamais abandonné.&#160;Le message était qu’Israël doit rester mobilisé et en alerte dans un environnement hostile, et que sa survie dépend de la cohésion de son armée de citoyens, ainsi que de la solidarité démontrée envers ceux qui vont au front.
Для Израиля возвращение Шалита было способом поддержать дух единства во времена войны и выполнить обещание армии, которое было дано призывникам (и их семьям), что ни один солдат, мертвый или живой, никогда не будет брошен. Послание заключалось в том, что Израиль должен остаться в состоянии мобилизации и настороженности во враждебном окружении и что его выживание зависит как от единства армии его граждан, так и от солидарности с посланными в сражение.