Le rêve gaulliste de création d’un centre de puissance indépendant ne s’est jamais réalisé, mais le rôle de “partenaire encombrant” a donné une saveur caractéristique à la diplomatie française. Cela pourrait aussi s’appliquer à une Russie, diminuée et fière, mais plus hégémonique.
Мечта сторонников принципов Шарля де Голля о создании независимого центра власти так никогда и не осуществилась, но роль “неуклюжего партнера” придала особый аромат французской дипломатии, и она может быть одинаково жизнеспособной для уменьшившейся, гордой, но больше не господствующей России.