Une ultime science de l’homme ne peut s’ouvrir à l’idée d’un rétablissement non planifié et imprévisible. C’est pourtant le seul type de rétablissement qu’une économie capitaliste puisse espérer après une crise de cette ampleur.
В полноценной науке о человеке нет места не планируемому и непредсказуемому восстановлению, которое является единственным выходом для капиталистической экономики после кризиса подобной величины.