Resulta irónico que ese mito fuera el producto de una metodología inapropiada y resultado de las investigaciones de mi eminente profesor en Cambridge Harry Johnson y haya sido inexplicablemente una tesis favorita desde 1990 de mi célebre alumno en el MIT Paul Krugman, pero, aunque ese tema sigue cayendo bien en Washington, ningún estudioso serio lo hace suyo, dadas las convincentes refutaciones publicadas en 1992 por Robert Feenstra, el más competente empirista en materia de política comercial actual, y en 1994 por Paul Romer, de Stanford.
Иронично, но этот миф стал продуктом неподходящей методологии и результатом исследований, проведенных моим выдающимся учителем из Кембриджа Гарри Джонсоном и, по необъяснимым причинам, с 1990 года стал любимым тезисом моего студента в МТИ Пола Кругмана. Однако, хотя эта тема достаточно популярна в Вашингтоне, серьезные ученые на нее «не ведутся», благодаря убедительному опровержению, опубликованному в 1992 году Робертом Фиинстрой, наиболее квалифицированным на сегодняшний день ученым-эмпириком в области торговой политики, и в 1994 году Полом Ромером из Стэнфордского университета.