Pensemos en Josephine Baker, quien asombró a los parisinos y berlineses en un tiempo en que los negros no podían votar –ni usar el mismo baño que los blancos—en muchas partes de los Estados Unidos.
Вспомним Джозефин Бейкер, которая привела парижан и берлинцев в восторг в те времена, когда чернокожие не имели права голосовать, а во многих частях Соединённых Штатов – даже пользоваться одними с белыми уборными.