Los iraníes habían tenido la temeridad de elegir a un Primer Ministro progresista y secular, que consideraba que el petróleo de su país pertenecía a su pueblo, no al Reino Unido ni a los EE.UU. Y pocos americanos recuerdan que, después del golpe, la CIA instaló un brutal Estado policial con el Shah.
Иранцы посмели избрать прогрессивного, светского премьер-министра, который считал, что нефть страны принадлежит ее народу, а не Великобритании или США. Лишь немногие американцы помнят, что после переворота ЦРУ установило в стране жесткий полицейский режим под властью шаха.