Aunque la estimación de Kelvin estaba plagada de errores serios, el esfuerzo sigue siendo central en la historia del conocimiento, porque aplicó la ciencia real –las leyes de la física- a lo que durante mucho tiempo había sido objeto de una vaga especulación.
Хотя оценка Кельвина была вовсе не правильной, усилие остается главным – это главное в истории познания, потому что оно применяет настоящую науку (законы физики) к тому, что уже давно является предметом смутной спекуляции.