De hecho, mientras que la nueva política exterior agresiva de Rusia -una combinación de fortaleza recién descubierta e inseguridad y de mercantilismo y mesianismo- constituye una amenaza existencial para Europa, Occidente no parece dispuesto a concentrarse en el problema de un orden europeo.
Действительно, в то время как новая напористая внешняя политика России – смесь из недавно обретенной силы и ненадежности, а также меркантилизма и мессианства – представляет собой реальную угрозу для Европы, Запад, похоже, не желает сосредоточиться на проблеме европейского порядка.