Cada uno de ellos desplegó a su inimitable modo el espíritu de contradicción a un tiempo apreciado y detestado en los intelectuales: Aron fue partidario del liberalismo angloamericano antes de que se pusiera de moda, mientras que Sartre siguió siendo comunista después de que esa moda hubiese pasado.
Каждый своим неподражаемым способом проявил своеволие, как любимое, так и презираемое в интеллектуалах: Арону нравился англо-американский либерализм до того, как он вошел в моду, в то время как Сартр остался сторонником коммунизма после того, как мода прошла.