Al invadir, ocupar y al final anexionarse a Crimea, apuntó sus cañones hacia Ucrania y dijo: «La soberanía territorial o la vida».
Вторгаясь, оккупируя и в конце концов присоединяя Крым к России, он как будто направил оружие России на Украину и сказал: ваш территориальный суверенитет или ваша жизнь.