Unidas por esa larga y humillante sensación de exclusión, las autoridades japonesas, fueran cuales fuesen sus diferencias, avanzó renqueantes hasta el momento de adoptar la decisión del 1 de diciembre de ir a la guerra.
Объединённые накипевшим и унизительным чувством собственной отверженности, политики Японии, несмотря на свои разногласия, пришли первого декабря к решению о начале войны.