De hecho, los banqueros centrales y los ministros estaban obsesionados en aquella época con el recuerdo del decenio de 1930 e hicieron conscientemente lo contrario que sus predecesores hace 80 años.
Центральные банки и министры были одержимы в то время памятью о 1930 годе, и они сознательно сделали противоположное тому, что сделали их предшественники 80 лет назад.