Su radicalismo inicial fue más simbólico y retórico que real, y a fines de 2007 ya se había moderado; la mayoría de sus iniciativas de política exterior fueron más eclécticas que extremistas.
Его изначальный радикализм был более символичным и риторическим, чем реальный умеренный радикализм, который сложился к концу 2007 года. Большая часть его инициатив во внешней политике была эклектичной, а не экстремистской.