Pero, en el caso de un país que ha tenido tan poca fe en la disuasión en materia de amenazas existenciales nucleares, confiar en ella ahora sería una nueva e incómoda apuesta.
Но для страны, которая мало верит в устрашение, когда речь идет о ядерных угрозах, надежда на устрашение означала бы новый неудобный выбор.