Tal vez la respuesta sea que el reloj empieza a andar cinco años después de que la crisis está totalmente terminada, lo que todavía no ocurrió en Europa.
Возможно, всё дело в том, что отсчёт пяти лет начинается с того момента, когда кризис полностью преодолён, а это пока ещё не вполне верно для Европы.