Afortunadamente, cuando Giscard hizo públicos sus peligrosos sentimientos, muchos en la Comisión Europea y en toda Europa declararon que el ex Presidente francés hablaba sólo a título personal.
К счастью, когда Жискар выразил свои опасные взгляды, многие члены Европейской Комиссии и общественные деятели по всей Европе заявили, что французский президент говорил только за себя.