Muy probablemente esté convencido de lo que dice sobre los judíos e Israel, ¿pero es un Hitler moderno? ¿Y el Irán de hoy es el equivalente de la Alemania de los años 30?
Вполне вероятно, что его слова о евреях и Израиле отражают его действительные намерения, но он – современный Гитлер, а можно ли говорить о равноценности сегодняшнего Ирана и Германии 30-х годов?