Se consideraba la violación “un destino peor que la muerte”, que convertía a las mujeres, quienes debían ser vírgenes antes del matrimonio, en “bienes estropeados”.
Изнасилование рассматривалось, как «судьба хуже смерти», представляя женщин – которые предположительно должны были быть девственницами до брака – как «подпорченый товар».