Palin y Bachmann hablan ese lenguaje muy personal o emocional, que incluso al hombre republicano más inflexible le resulta difícil emular.
Пейлин и Бахман говорят чрезвычайно личным и эмоциональным языком, которому даже самые неуступчивые мужчины-республиканцы находят трудным подражать.