Como los franceses, que simpatizan instintivamente con el argumento antiausteridad y están conscientes de su papel cada vez menor en la pareja francogermana, notaran con rapidez, la postura alemana también marcó un potencial paso desde una “Alemania europea” a una “Europa alemana”.
Французы, которые инстинктивно симпатизируют аргументу анти-жесткой экономии и сознают их все чаще меньшую роль во Франко-Германском партнерстве, поспешили заметить, что немецкая позиция стала сигналом для потенциального перехода от «европейской Германии» к «немецкой Европе».