Esta apatía hace difícil, si no imposible, mi trabajo como "ombudsman" o defensor del pueblo ruso, un cargo que tiene la misión, conferida por la Duma (parlamento) estatal, de proteger los derechos políticos en Rusia.
Такая апатия делает мою работу в качестве омбудсмена России, институт учрежденный Государственной Думой (парламентом) для разбора жалоб об ущемление политических прав в России, чрезвычайно трудной, если возможной вообще.