Es una historia sórdida que los historiadores conocen, pero la mayoría de los occidentales ignoran (en buena medida, porque muchas de las intervenciones fueron secretas).
Историки знают эту грязную историю, в отличие от большинства людей на Западе (не в последнюю очередь потому, что многие случаи вмешательства были тайными).