Yo tenía veintitrés años entonces y no tenía idea de lo que era un crimen de guerra, pero más adelante me quedó claro que eso era lo que estaba presenciando.
В то время мне было 23 года и у меня не было представления о том, что такое военное преступление; однако впоследствии стало ясно, что это было именно то, чему я был свидетелем.