Lo máximo que podemos esperar es que aumenten las posibilidades de cambio de régimen, al reavivar la protesta popular, lo que desencadenaría una versión iraní de la primavera árabe.
Самое большее, на что можно надеяться, это что санкции повышают вероятность смены режима, вновь пробуждая народный протест, и, тем самым, запуская иранскую версию «арабской весны».