Cuando se pronunció ese último “no” británico, declaré con tristeza la muerte de una “Europa política”, acusación que me granjeó duras críticas, incluso de amigos.
Когда появилось последнее британское “нет”, я печально провозгласил смерть политической Европы ‑ приговор, из-за которого я стал объектом резкой критики, даже со стороны друзей.