La televisión rumana respondió con prontitud que entiende que las víctimas de delitos antisemitas puedan sentirse afectadas por ese programa, pero que éste no había promovido este tipo de propaganda, y como prueba de la buena fe del canal mencionó la singular entrevista que se me había realizado la semana anterior.
Румынское телевидение быстро ответило, что оно поняло, что жертвы антисемитских преступлений могли быть оскорблены такой программой, но что программа не способствовала такого рода пропаганде, приводя в пример это странное интервью со мной на прошлой неделе в качестве доказательства добросовестности канала.