Cuando dijo en Davos "no podemos ser indiferentes al dolor y al sufrimiento de nuestros hermanos en la región", bien podría haber estado refiriéndose al régimen de Assad y sus socios en el crimen.
Когда он сказал в Давосе, что «мы не можем быть равнодушными к боли и страданиям наших собратьев в регионе», он, возможно, также говорил о режиме Асада и тех, кто помогал ему совершать преступления.