Aunque aceptó entregar prisioneros palestinos a cambio de Gilad Shalit (el soldado secuestrado), Netanyahu considera (como la mayoría de los israelíes) que no tiene sentido negociar con una organización cuyo estatuto descaradamente antisemita niega a Israel el derecho de existir.
Он согласился обменять палестинских заключенных на похищенного солдата Гилада Шалита, однако для Нетаньяху, как и для большинства израильтян, переговоры с организацией с откровенно антисемитским уставом, отвергающей право Израиля на существование, не имеют смысла.