Desde la perspectiva de la Unión Europea (y de muchos liberales serbios), esta historia suena mucho a jingoísmo, a darse una importancia obsesiva y a un apego continuo a hacer el papel de víctimas.
С точки зрения ЕС (и многих либеральных сербов) эта история определяется знакомым кольцом шовинизма, маниакального себялюбия и долговременной привязанности к положению жертвы.