Esta confianza se basaba en dos regalos legales que se otorgó él mismo: una amnistía para sus crímenes e inmunidad como senador vitalicio.
Эта уверенность содержалась в двух юридических подарках, которые он сделал самому себе – амнестия за преступления и юридическая неприкосновенность пожизненного сенатора.