¿Y si el Irán llega a ser una potencia nuclear, quedan barridos los movimientos democráticos de la región por una ola de solidaridad islámica antioccidental y resulta aún más reforzado el régimen iraní?
Что делать, если Иран станет ядерной державой, демократические движения в регионе будут сметены волной анти-западной исламской солидарности, а иранский режим станет еще сильнее?