Nada sería peor (tanto para Turquía como para Europa) que los gobiernos quisieran que Turquía se uniera pero que no pudieran convencer a sus pueblos.
Ничто не может быть хуже, как для Турции, так и для всей Европы, если правительства европейских стран согласятся на вступление Турции, но не смогут повести за собой своих граждан.