Su secretismo totalitario, su gigantesco complejo relativo a temas militares e industriales, los siempre presentes agentes de la KGB, y el aparente desdén por las comodidades materiales (por lo menos en el caso de los rusos comunes y corrientes) dieron a la hegemonía comunista una mística perversa que hizo que incluso una simple visita a la Plaza Roja sea un viaje para recordar.
Его тоталитарная секретность, гигантский военно-промышленный комплекс, вездесущие работники КГБ, и очевидное презрение к материальным благам (по крайней мере для простых россиян) давали Коммунистической гегемонии извращенную мистику, которая делала даже из простого визита Красной площади поездку, которую трудно забыть.