BUCAREST: Probablemente sólo nuestro dramaturgo más famoso, Eugenio Ionesco, habría podido entender bien este asunto.
БУХАРЕСТ: Возможно, только самому великому из наших писателей, Евгению Ионеско (Eugene Ionesco), удалось бы достоверно изложить эту историю на бумаге.