Si, como implica Huntington, los derechos que proclamamos en Occidente surgieron de la crisis política de la cristiandad europea después de la Reforma protestante, ¿qué impide a otras sociedades apelar a sus propias tradiciones locales para negar esos derechos?
Если, в соответствии с утверждением Хантингтона, права, соблюдения которых мы добиваемся на Западе, возникли исключительно в результате политического кризиса европейского христианства после Протестантской Реформации, что же тогда может помешать другим обществам обратиться к своим собственным традициям для отрицания этих прав?