Reconoció haber sido antisemita, pero afirmó que Dios le había abierto los ojos y ahora amaba a los judíos tanto como antes los había odiado.
Он признал, что был антисемитом, но утверждал, что Бог открыл ему глаза и что он теперь любит евреев настолько, насколько он раньше их ненавидел.