¿Cómo pudo un punto de vista cultural que el Occidente trató con tan cruda condescendencia -incluso en 1985- simultáneamente dar forma a la ciencia occidental de manera tan profunda?
Как могли наблюдения с позиций восточной культуры, к которым Запад еще в 1985 году относился с явным снисхождением, оказать такое влияние на формирование Западной науки?