Pero, tras los ataques terroristas del 11 de septiembre de 2001, se confundieron con otro debate, uno mucho más importante para un electorado de EE.UU. que se siente amenazado: ¿cómo pueden las alianzas e instituciones multilaterales proteger a los estadounidenses?
Но после террористических актов 11-го сентября 2001 года они стали частью другой дискуссии, гораздо более важной для американских избирателей, чувствующих себя в опасности, а именно: "как могут альянсы и многосторонние организации защитить американских граждан?"