Ya pasaron siete años desde la crisis; ¿qué respuesta han dado los gobiernos y los votantes en Europa y Norteamérica a esta importante pregunta?
Сейчас, когда кризис отделяют от нас уже семь лет, каким оказался ответ правительств и избирателей в Европе и Северной Америке на этот важный вопрос?