Preguntarse, como muchos lo hicieron, por qué el régimen chino se negó a negociar con los estudiantes en 1989 –o llegar a algún acuerdo con sus críticos hoy- es no entender la naturaleza de la política religiosa.
Удивляться тому, что китайский режим отказался вести переговоры со студентами в 1989 году – или находить некоторое согласие с его критикой сегодня – з��ачит неправильно понимать природу религиозной политики.