Aunque todavía no terminamos de entender sus consecuencias, lo cierto es que esta revolución está transformando de raíz la naturaleza del poder en el siglo veintiuno: vivimos tiempos en que todos los estados se mueven en un entorno donde ni siquiera las autoridades más poderosas tienen el mismo grado de control que tenían en el pasado.
Мы еще не можем в полной мере осознать ее последствия, однако она в корне меняет характер власти в двадцать первом веке, где все государства существуют в среде, которую, в отличие от былых времен, не может контролировать полностью даже самая мощная власть.