La sola mención de la restructuración de la deuda se consideraba inadmisible y era motivo para ridiculizar a aquellos que nos atreviéramos a sugerir su inevitabilidad.
Само упоминание о реструктуризации долга было признано неприемлемым и поводом для высмеивания тех из нас, кто осмелился говорить о неизбежности реструктуризации.