En ese momento se abrió una encrucijada que dejó al descubierto una profunda grieta entre los generales jóvenes nacidos en Israel, llenos de confianza en sí mismos y desprecio hacia la actitud “sumisa” de la generación anterior, y los políticos nacidos en la Diáspora, atormentados por los recuerdos del Holocausto y llenos de temor existencial al aislamiento internacional, que se resistieron a abandonar la política anterior del sionismo diplomático.
Это перепутье создало серьезное расслоение между молодыми и уверенными генералами, родившимися в Израиле и с презрением относившимися к «покорному» отношению старшего поколения, и рожденными в диаспорах политиками, которых преследовали воспоминания о Холокосте и экзистенциальный страх международной изоляции и которые противостояли стремлению прервать старую политику дипломатического сионизма.