Cada ver que se publicaban historias así de horribles, teníamos que recordarnos a nosotros mismos que, en efecto, los actos eran demoníacos, pero que los hechores eran hijos de Dios.
Каждый раз при публикации подобных историй, нам приходилось напоминать себе, что, да, эти преступления действительно ужасны, но все эти преступники всё равно остаются детьми бога.