Sin embargo, para 1960 la euforia había dado paso al rencor entre aquéllos que había usado para recuperar su cargo y que ahora lo veían como un traidor que tenía que ser neutralizado junto con el régimen que había creado.
Но к 1960 году эйфория уступила место затаенной ненависти среди тех, кого он использовал, чтобы снова прийти к власти, но которые тогда видели в нем предателя, которого нужно нейтрализовать вместе с режимом, который он привел к власти.