La estrategia formulada por el Papa para la Iglesia Católica, y su capacidad para movilizar a millones de creyentes en su causa, significó que nadie podrá repetir jamás la pregunta de Stalin: "¿Cuántas divisiones tiene el Papa?".
Стратегия, сформулированная Папой перед Католической Церковью, и его способность призывать под её знамёна миллионы верующих означала, что никто и никогда больше не повторит вопрос Сталина: "А сколько дивизий у Папы Римского?"