Ello explica por qué ni EE.UU. ni sus oponentes o partidarios en Europa trataron siquiera de tener una discusión detallada sobre el funcionamiento del Consejo de la OTAN antes, durante o después de la guerra de Irak: estaban conscientes de que sus visiones ya eran demasiado diferentes como para llegar a tener una sola voz.
Это объясняет, почему ни США, ни их европейские противники или сторонники никогда не стремились к детальному обсуждению операции в Совете НАТО, ни до, ни во время, ни после Иракской войны - они поняли, что их взгляды уже слишком далеко разошлись, чтобы уладить свои разногласия.