Algunos hinchas alemanes podrían haberse sentido decepcionados, pero el mundo entero –y todos los aficionados alemanes imparciales también– habrían tenido que reconocer que había hecho lo que debía.
Некоторые немецкие футбольные болельщики расстроились бы. Но миру в целом (и всем справедливым немецким болельщикам) пришлось бы признать, что он поступил правильно.