Aunque tenía la sensación de que yo, un exiliado en la tierra de los exiliados, pertenecía cada vez más a un mundo al que nadie puede decir que pertenece, el 11 de septiembre de 2001 pude por fin proclamar: “Soy un neoyorquino”, exactamente como el Presidente Kennedy había declarado ser un berlinés, cuando aquella antigua capital nacionalsocialista corría peligro de convertirse en una capital comunista.
Хотя я чувствовал, что я, изгнанник в стране изгнанников, принадлежал в большей степени миру, к которому на самом деле никто по-настоящему не принадлежит, 11 сентября 2001 года я, наконец, смог заявить: “Я – житель Нью-Йорка», – точно так же, как президент Кеннеди объявил себя берлинцем, когда этот город, прежде столица национал-социализма, рисковал стать коммунистической столицей.