Въпросът не опира само до това, да сме в състояние да следим по-добре пазарите и хедж фондовете или да подкрепяме платежните си баланси с инжекции от милиарди долари.
Jautājums nav vienīgi par spēju labāk pārraudzīt tirgus un riska ieguldījumu fondus vai par mūsu maksājumu bilanču un ekonomikas atbalstu ar miljardiem dolāru vērtām skaidras naudas injekcijām.