Натискът върху потреблението, предизвикан от бюджетните рестрикции, не ни изведе от кризата, а в действителност породи безпрецедентно социално напрежение.
Spiediens uz patēriņu, ko izraisījusi tā samazināšana, nav izvedis mūs no krīzes, bet patiesībā ir radījis vēl nepieredzētu sociālo spiedienu.