И в двата случая това ще се разглежда в Африка като нов показ на колониална сила от страна на Европа, най-вече заради собствения интерес на Европа.
Kā vienā, tā otrā gadījumā Āfrika to uztvers kā jaunu Eiropas koloniālā spēka demonstrējumu, kura pamatā ir pašas Eiropas intereses.