Ако отпускът по бащинство не попада в обхвата на тази директива, защо тогава Комисията предлага разширяване на правното основание и защо не се позовава само на член 137, отнасящ се до закрилата на здравето?
Ja uz paternitātes atvaļinājumu neattiecas šīs direktīvas darbības joma, kāpēc Komisija ierosināja paplašināt tiesisko bāzi un kāpēc tā nepamatojas tikai uz 137. pantu par veselības aizsardzību?