Новият закон е обвиняван, защото предполага, че ще има само един назначен човек, отговорен за управлението на националните средства за масова информация и телекомуникации.
Jaunais likums tiek vainots par to, ka tas paredz, ka tikai viena persona tiktu iecelta par atbildīgo par nacionālo plašsaziņas līdzekļu un telekomunikāciju pārvaldību.