Тогава щяхме да водим съвсем различно разискване, а именно колко безотговорно е било да се разреши излитането на самолета.
Tad mēs diskutētu par pavisam citu jautājumu, proti, par to, cik bezatbildīgi bija atļaut pacelties gaisā kaut vienai lidmašīnai.