Бунтовете, предизвикани в арабския свят от самозапалването на младия Mohamed Bouazizi, не включват изобщо прояви на религиозни или идеологически елементи.
Nemieri, kurus arābu pasaulē izraisīja jaunais Mohamed Bouazizi, kurš aizdedzināja sevi, nepavisam neatspoguļo jebkādus nepārprotamus reliģiskus vai ideoloģiskus elementus.