Като гледам Багдад и Александрия обаче виждам, че те са просто един очевиден израз на друг живот, който тече под повърхността в много страни.
Tomēr Bagdādē un Aleksandrijā, es uzskatu, tikai uzliesmoja tas saspīlējums, kas slēptā veidā pastāv daudzās valstīs.