На практика това много често би означавало разходите да се поемат от най-уязвимите хора, а това не ми изглежда разумно или социално справедливо.
Praksē tas bieži vien nozīmētu, ka maksātu visvieglāk ievainojamie cilvēki, un, manuprāt, tas nav saprātīgs vai sociāli taisnīgs risinājums.