Това би означавало краят на националните правни традиции и закони, които всяка държава-членка е постановила по толкова чувствителни въпроси като гражданското и договорното право.
Tas nozīmētu izbeigt valsts juridiskās tradīcijas un nepiemērot tiesību aktus, ko dalībvalstis ir pieņēmušas par tik jutīgiem jautājumiem kā civiltiesības un līgumtiesības.