Този политически жест вероятно би имал силата на обединяването на Германия, би показал солидарността, която съществува в Европа, и би увеличил влиянието на нашия Съюз.
Šāds politisks žests visticamāk būtu tikpat spēcīgs kā savā laikā Vācijas atkalapvienošana, un tas parādītu Eiropas Savienībā pastāvošo solidaritāti un palielinātu mūsu Savienības ietekmi.