Как иначе можем да говорим за демокрация в Средиземноморието и да ни вярват, ако липсва в Европа?
Kā mēs citādi domājam ar jebkādu ticamību runāt par demokrātiju Vidusjūras reģiona valstīs, ja mēs to paši neīstenojam Eiropā?