На практика в условията на криза единственото решение, което можехме да вземем, е да препоръчаме строги ограничения, като именно работниците и предприятията сега плащат за дефицитите, натрупани в резултат на спекулативната криза на финансовия сектор, за чието спасение Европейският съюз е заделил 26 % от активите си.
I praktiken var den enda lösning som vi kunde komma fram till efter krisen att föreskriva åtstramningsåtgärder, och det är nu arbetstagarna och företagen som betalar för de underskott som orsakades av den spekulativa krisen inom finanssektorn, för vars undsättning EU har avsatt 26 procent av sina tillgångar.