Не можем да чуем гласовете на милионите, които за загубили живота си в Сибир и никога няма да узнаем как са страдали те, но знам за една от жертвите, която още е жива.
Vi kan inte höra de miljoner som förlorade sina liv i Sibirien, och vi kommer aldrig att få veta hur de led, men jag känner till ett av offren som fortfarande är vid liv.