Говорихме за Пакистан и Беларус и след това имахме основание да считаме, че ЕС има не само морално влияние, но и ливъридж или власт над външни органи да опита да гарантира, че те най-малкото се движат в правилна посока.
Vi har talat om Pakistan och Vitryssland och vi har i de fallen skäl att tro att EU inte bara har en moralisk auktoritet, utan också inflytande och makt över andra länders myndigheter, åtminstone för att försöka se till att de är på rätt spår.