Нашият отказ да въведем същия вид принципи за финансова прозрачност, които ще очакваме от всяка друга европейска институция, ни поставя в срамно положение.
Meie keeldumine kehtestada samalaadseid finantsläbipaistvuse põhimõtteid, mida me eeldaksime igalt teiselt Euroopa institutsioonilt, teeb meile kõigile häbi.