Какво ни пречи да признаем истината, да я наречем с истинското й име и да избавим коптите от трудното им положение на заложници на един фундаменталистки политически проект?
¿Qué es lo que nos impide reconocer la verdad y llamarla por su nombre, y sacar a los coptos de su violenta posición como rehenes de un proyecto político fundamentalista?