Бяха ли наистина преговорите водени успоредно, така че съответните консултации да могат да се проведат между гражданското общество и парламента в тези страни?
Boli rokovania naozaj vždy paralelné, aby v týchto krajinách mohli prebiehať následné konzultácie medzi občianskou spoločnosťou a Parlamentom?