Бях много критичен, особено към голяма част от това, което считам за потайно; фактът, че текстовете се пазеха в тайна, наред с други неща.
Bol som veľmi kritický najmä k mnohým veciam, ktoré som vnímal ako tajnostkárstvo, okrem iného k skutočnosti, že texty sa držali v tajnosti.