Нашите публични реакции бяха плахи, изразяващи загриженост и отправящи благочестиви призиви за въздържаност и диалог в разгара на революции, което показва липса на практически усет.
Naša verejná reakcia bola ustráchaná, vyjadrujúca obavy a zbožné výzvy na zdržanlivosť a dialóg vo víre revolúcií, čím sme prejavili nedostatok zdravého rozumu.