Кой можеше да си представи само преди пет години турското общество и политиците да обсъждат открито и интензивно кюрдския въпрос, отношенията между цивилни и военни, повторното отваряне на семинарията в Халки или отношения с Румъния?
Kto by si pred piatimi rokmi dokázal predstaviť, že turecká spoločnosť a politici budú otvorene a intenzívne diskutovať o kurdskej otázke, civilno-vojenských vzťahoch, opätovnom otvorení seminára na ostrove Halki alebo o vzťahoch s Rumunskom?