Всички ние в Европа и в международната общност, допуснахме положението да се влоши; не направихме нищо, когато сигурността на Израел бе застрашена, а също и когато блокадата правеше живота в Газа абсолютно невъзможен.
My, Európania, a my, členovia medzinárodného spoločenstva, sme pripustili, aby sa situácia zhoršila, neurobili sme nič, keď bola ohrozená bezpečnosť Izraelu, a neurobili sme nič, keď blokáda Gazy absolútne znemožňovala tamojší život.